Бывшие бухгалтер и агроном в 2010 году остались без  ценных бумаг ОАО по ошибке. 

Весной в редакцию пришло письмо от жительницы логойского агрогородка Камено Ядвиги Михайловны Кособуко: пятерых бывших работников при реорганизации СПК в ОАО оставили без акций. Обращение мы направили в райисполком, там пояснили: трое пенсионеров — акционеры, а две женщины, в их числе Ядвига Кособуко, в списках не значатся. Почему? На момент преобразования хозяйства не были зарегистрированы в сельсовете. История получила продолжение. «СГ» выяснила, что бывшие бухгалтер и агроном в 2010 году остались без  ценных бумаг ОАО по ошибке. И штамп в паспорте тут ни при чем. Но вот дилемма: восстановить справедливость мирным путем шансов мало, а идти в суд сельчанки не хотят.
 
В 70-е годы прошлого века 20-летнюю выпускницу Марьиногорского техникума Нину Филиппову распределили в совхоз «Октябрьский» Логойского района. Председатель, правда, сомневался, что молоденькая бригадир полеводческой бригады задержится: «Бабы у нас крикливые, прогонят девчушку». И предыдущий бригадир «пост» покидал с боем. Но Нина показала характер и хватку. Сама деревенская, быстро заработала авторитет у местных. От работы голова шла кругом — 1720 гектаров пахотной земли,  лен, зерно, свекла, картошка, травы. Какая техника? Все на лошадях.
Нина ШКРЕД
 
— Сейчас смешно, а тогда ругались с другим бригадиром Аней Радненок. Поделили сарай, а она с моей половины навоз воровала. Все ради урожайности, — вспоминает Нина Пантелеевна. Три месяца в совхозе — и она вышла замуж за хлопца со своей бригады. Была Филлипова, стала Шкред.


Еще десять лет — о Шкред заговорит весь Логойский район. Другие хозяйства только мечтали об урожайности зерновых 20,5 центнера и 265 центнеров картофеля c гектара, а Шкред получала. В копилке ударницы Грамота Верховного Совета БССР за высокие результаты в республиканском социалистическом соревновании, две серебряные медали участницы ВДНХ СССР, два знака «Ударник 10-й пятилетки», знак «Победитель соцсоревнования». Тридцать лет  отдала хозяйству — работала бригадиром, инженером-нормировщиком, агрономом-семеноводом, главным агрономом, начальником производственного участка. Ни выходных, ни проходных — двух дочерей вырастила родня. «За старшей смотрела прабабушка Юстына. Дочка сейчас досматривает ее могилку», — перебирает фотографии Нина Пантелеевна.

 
Ядвига КОСОБУКО

До пенсии не дотянула год — тяжело болела, дали вторую группу. Тогда и уехала в Борисов, забрала мужа. Там жили более 20 лет, были зарегистрированы. Вернулась в родную деревню Зацень, что на Логойщине, в 2014-м и от знакомых узнала: СПК поделили три года назад, пенсионерам начислили по 209 акций, про Шкред забыли.

Но если Шкред все же уезжала, то куда удивительнее, как могла выпасть из списков акционеров Ядвига Кособуко?

— Из Камено мы не уезжали. В доме на улице Заречной жили постоянно. Но с 2009 по 2013 годы (реорганизация проходила в конце 2010-го — Авт.) прописывались у сына в Минске, чтобы подлечиться в больнице, — показывает паспорт сельчанка. — Муж узнал, что нас не включили в число акционеров, ходил к председателю колхоза Петру Сазонко. Тот обещал разобраться, исправить. Мужа уже год как нет. И акций нет. Знаю, что с них денег не буду иметь, важнее другое — справедливость.

Ядвига Михайловна родилась в Задощенье Пуховичского района. После Новопольского сельхозтехникума распределилась в совхоз «Натальевск». Потом был совхоз «Домовицкий». На трехмесячных курсах повышения квалификации в Минске познакомилась с будущим мужем. Вот так в 1966 году в ее жизни появился совхоз «Октябрьский», и его бухгалтерия станет местом работы на целых 35 лет.

— Многие думают, раз мы в конторе, то у нас и жизнь сладкая. Как бы не так. Шесть дней в неделю на работе, каждый месяц перевесы скота. На контрольные дойки в пять утра вставали. Раздачу кормов проверяли. И на поле работали, лен поднимали, свеклу пололи, — вспоминает Ядвига Михайловна. — Старшая дочка до школы жила у моих родителей, бабушку мамой называла. Думаете, не горько?! А сколько раз на работу ее брала. Ей всего три года, посажу за стол, дам бумагу, ручку. И так днями. Когда родился сын, нанимали няньку, только бы семьей быть вместе.

Контора ОАО «Камено».

Я В конторе ОАО «Камено». Листаем список акционеров. Их всего 280. Логойскому райисполкому принадлежит более 97 процентов акций. По словам начальника управления госсобственности Минсельхозпрода Елены Цыкуновой, это особенность Минской области: контрольный пакет акций держит РИК. 

Как шла в «Камено» реорганизация? Как составляли списки акционеров? Как начисляли акции? Мои вопросы остались без четких ответов. Директор, главбух, ведущий экономист в хозяйстве сменились. Остальные в комиссии по реорганизации СПК не состояли, могут только предполагать: списки брали в сельсовете. Смотрели, трудился человек в СПК или нет, какой стаж, в какой должности, так и начисляли акции. Ядвига Кособуко и Нина Шкред на тот момент не были зарегистрированы в сельсовете, вот их и выпустили из виду. Остальным пенсионерам начислили по 209 акций. Если учесть, что номинальная стоимость одной 50 копеек, то сумма выходит скромная — 104,5 рубля. Но это как раз тот случай, когда дело совсем не в деньгах. 

«Регистрация тут ни при чем, — говорят в Комитете по госимуществу Минского облисполкома, где  рассматривали обращение Нины Шкред. — Сельчанку ошибочно не включили в списки акционеров. Согласно трудовой книжке, Нина Пантелеевна была членом колхоза, и нет записи, что она была исключена».

Елена Цыкунова посоветовала обратиться к уставу СПК, возможно, в нем была специальная оговорка: мол, членом кооператива может быть только тот, кто зарегистрирован в сельсовете. Устава СПК в хозяйстве не нашлось, «СГ» пришлось делать запрос в Борисовский зональный госархив. Устав мы получили, но в нем о регистрации как об обязательном условии членства в СПК ни слова. 

«СГ» удалось разыскать тогдашнего председателя СПК Петра Сазонко. Он руководил хозяйством 16 лет, ему начислили больше всех акций — 2690:

— Одно дело, если бы в ОАО была прибыль. А так что толку с этих акций? За восемь лет ни разу не выплачивали дивиденды. Я потерял к ним в последние годы интерес.

— Как вышло, что вы забыли включить в списки акционеров двух пенсионерок? — спрашиваю у него.

— Сумбурно и быстро шла реорганизация. Мы не знали, как ее проводить, постоянно ездили за консультациями в райсельхозпрод. Комиссия по реорганизации СПК была большая. Все акции пересчитывала главный бухгалтер Мария Епешко. Многие, кто работал в колхозе, поуезжали, разве разыщешь всех по свету и удержишь в голове? Сделали так: в сельсовете взяли списки зарегистрированных и рассмотрели каждого. Всех обзванивали. Работы было непочатый край. Ядвигу Кособуко и Нину Шкред знаю прекрасно, уважаю, выпали из списков они без злого умысла. Я не против, чтобы часть моих акций отошла им.
 


Елена Цыкунова тоже не удивлена, что переходил СПК «Камено» в ОАО (как и сотни других сельхозпредприятий) быстро. Никто не вникал глубоко в процесс. Массовая реорганизация проходила в 2009—2011 годы, охватила Минскую, Гомельскую и Витебскую области:

— Нормативно-правовая база была сырая. Пользовались Гражданским кодексом, законами «О хозобществах» и «О бухгалтерском учете». Но детально распишут процесс реорганизации только в новых редакциях позже. Еще в те годы пользовались методичкой Госкомитета по имуществу. Это была своего рода схема, как вести преобразование СПК в ОАО. Но она носила рекомендательный характер. И вдобавок ко всему ее трудно было применить, так как у многих СПК не велся долевой фонд, не было сведений о паях членов СПК. Так что в хозяйствах по-разному начисляли акции.

Только 17 июля 2014 года появился Указ № 349 «О реорганизации колхозов», который расставил все точки над «і», дал четкие и понятные критерии, как формировать доли государства и членов СПК. Но к этому времени реорганизацию провели 452 из 796 существующих в стране сельхозкооперативов. Тем, кто проходил процедуру реорганизации с 349-м под рукой, было куда проще.

 
Как восстановить права беззаветных женщин-тружениц? В Комитете по госимуществу Минского облисполкома говорят, что действующим законодательством вопрос не урегулирован. Внесудебного порядка нет. Идти в суд для пенсионерок — длительный, но законный способ. Они вправе заявить на взыскание судебных издержек с ОАО «Камено». Если же рассмотреть вариант того, что бывший председатель колхоза дарит бывшему агроному и бухгалтеру часть своих акций? Тогда им придется заплатить налог с полученного дохода. Женщины говорят: «Спасибо, не надо».


Правда, и с судом есть оговорка. Существует общий срок исковой давности  — три года. Он считается с момента, когда человек узнал, что не попал в число акционеров. С момента реорганизации СПК «Камено» в ОАО прошло почти восемь…

Подобная ситуация сложилась и в еще одном хозяйстве — ОАО «Жестинное» Логойского района. При начислении акций упустили из виду рабочего. Умысла в этом не было, и хозяйство обратилось в Департамент по ценным бумагам Минфина: как исправить ошибку? Вот ответ в двух словах: переведите со счета тех акционеров, которым их ошибочно начислили, утвердите это на общем собрании и подкрепите заявлениями акционеров о том, что они согласны «поделиться» акциями. Нет согласных делиться? Тогда вам в суд.

 Еще один вариант, который предложил Департамент по урегулированию этого вопроса, —  выплата «пострадавшему» стоимости паев. ОАО «Жестинное» пошло на мировую с бывшим сотрудником, предложив финансовую помощь зерном, соломой, техникой.

Как быть сейчас с Ядвигой Кособуко и Ниной Шкред? Может, ОАО «Камено» пойти по пути своих коллег из ОАО «Жестинное». Предложить загладить вину финансовой помощью или услугами. Они ведь верой и правдой служили хозяйству долгие годы!